Кураторский текст к КИБЕРФЕСТУ 2013

TIME & PLACE
Опыт переменного ландшафта



Мы фиксируем время, время фиксирует нас. Есть люди, которые вживили себе в тело электронные часы. Говорят, это помогает бороться с jet lag’ом.


Мы меняем места пребывания с ошеломляющей скоростью. Есть люди, живущие в самолете. Бизнес на четырех континентах, жилье в трех климатических поясах, ежедневная речь на пяти языках.


Мы меняем места пребывания с ошеломляющей скоростью. Есть люди, живущие в самолете. Бизнес на четырех континентах, жилье в трех климатических поясах, ежедневная речь на пяти языках.


Традиционное «единство времени и места» парадоксально возродилось в интернете: там мы живем все вместе, одновременно и сразу. Время – сейчас, место – нигде.


В традиционных обществах время было величиной переменной, место – постоянной.


Время циклическое (день-ночь, зима-лето, юность-старость с повторением в следующем поколении) боролось со временем апокалиптическим – от Сотворения до Страшного суда.


Поколения появлялись и исчезали гораздо быстрее, чем менялась среда обитания. В идеале, она вообще не менялась, поскольку для изменения ландшафта требовались катастрофы, природные или гуманитарные, вроде извержения вулкана или переселения народов. Никто этим переменам не был рад, как никто не радуется катастрофическим изменениям собственного тела.


С наступлением модернизма где-то на периферии сознания замаячило эйнштейновское пространство-время как напоминание о том, что все не так, как кажется. Так оно и было – эпоху модернизма смело можно считать катастрофой – и природной, и гуманитарной. Индустриализация, урбанизация, революция, мировая война и еще одна, и реконструкция без конца – они выжигали почву под ногами и превращали в номадов всех, кто хотел того или нет. Люди, начинавшие жить в одних обстоятельствах, заканчивали совсем в других.


Потом все победно накрыли майкрософт с макинтошем.


Так что вокруг нас — здесь и сейчас? Дома, деревья, статуи, храмы и могилы еще стоят, еще видны, еще занимают какое-то место в нашей жизни — вернее, уже в нашей памяти. Потому что дом теперь – умный, ландшафт – культурный, пространство – информационное.


Где мы живем? Стены града – уже не камень-на-камне, защита и святыня. Не мечта футуристов — прозрачное, светоносное, отражающее весь мир стекло. Это экран, на котором покажут что вам угодно. Бога, черта, вашу бабушку, умирающих детей в Африке, белых медведей в Арктике. По желанию поменять местами – бабушку в Африке, счастливых детей на Северном полюсе, пингвинов в раю.


Когда мы живем? Время включается кликом мышки и распадается на отрезки желательной длины и скорости прокрутки.


Выставка TIME & PLACE – о жизни среди мелькающих картинок. Что делать художнику, знающему им цену?


Делать новые картинки. Усилием воли прочерчивать свою систему координат в электронном хаосе, где больше нет ничего настоящего, и только две вещи по-прежнему наполняют душу священным трепетом: звездное небо над нами и нравственный закон внутри нас.


Марина Колдобская

Share on FacebookTweet about this on TwitterShare on VK

Comments are closed.